Роджер де Вет прикрывал позицию спереди вместе с лейтенантом Мартенсом. Устроившись в кустарнике, он вспомнил брата - разговор недавно шел о нем и воспоминания никак не хотели уходить. Последний раз, когда Джон был в их родовом имении, он сильно поскандалил с отцом. Ни один, ни другой уступать не хотели - в этом они были очень похожи друг на друга. Когда Джон уехал из страны, отец в гневе назвал его трусом и слабаком. В ответ Джон пошел служить в морскую пехоту США и даже добился там определенных успехов. Но отец его так и не простил. Гнев Джона тоже не утихал - помимо прочего его жена, Марина полюбила Родезию и проводила там едва ли не больше времени, чем в других странах. Так, она разрывалась между родительским домом в Италии, мужем, который служил в США и родовым гнездом де Вета в Родезии...

 - Родж, кажется готово... - лейтенант Мартенс вглядывался назад, туда где остальные бойцы группы собирали байдарки и грузили на них снаряжение. В этот момент капитан Маккензи подал знак "все ко мне" и САСовцы, оставив позицию прикрытия, пошли назад...

 - Это что - поплывет? - де Вет с ужасом смотрел на перегруженную байдарку

 - По идее должно ... - ответил Маккензи без энтузиазма в голосе - давайте проверим...

 Поднатужившись, двое САСовцев столкнули одну из байдарок в воду, Маккензи оглядел бойцов

 - Мартенс, де Вет - проверьте...

 Оказалось - если не делать резких движений, не раскачивать - то байдарка вполне может нести помимо груза еще и двух мужчин. Над водой оставалось примерно пять-семь сантиметров борта...

 Капитан Маккензи взглянул на часы - восемнадцать ноль-ноль. Два часа до заката, можно успеть пройти по реке несколько километров, чтобы уйти с зоны высадки. Конечно, они предприняли все меры к тому, чтобы партизаны их не засекли, но ... береженого Бог бережет...